Иван Новичихин, один из первых экофермеров России, рассказал Look.Bio о своей истории в органическом земледелии, арбузах из детства, цене на овощи и прожорливых зайцах. Сокращенная версия материала была опубликована в LookBio Digest осень/зима-2014.

 

 

- Некоторые специалисты поговаривают, что вы обманываете потребителя – продаете несертифицированные никаким органом овощи как органические.

 

- На самом деле, у меня на сегодняшний день органик-сертификата нет вообще. И овощи свои я не маркировал, не маркирую и точно не буду маркировать в ближайшие два года как органические, со знаком «евролисток». Сейчас мое хозяйство находится  лишь в конверсии (переходный период до получения органического сертификата – прим. ред.). Так случилось, что сертифицированные мною земли от меня ушли – они были арендованы на короткий срок, и арендодатель решил заниматься выращиванием продуктов самостоятельно и мне эту землю не продлил. Мне пришлось обзавестись новой землей, теперь уже более постоянной, и на этой земле все начинать заново, с нуля.

 

- То есть, вас попросили с тех земель, которые вы обрабатывали с 2010 года, да?

 

- Да, я вернулся на пять лет назад. С нуля – период конверсии, с нуля – обработка земли… Я привыкаю сейчас к новой земле с точки зрения культурооборота, смотрю, что на ней будет вырастать, где и как. Речь не идет вообще о какой-то органик-сертификации. Но если говорю о том, что это экологически чистые овощи, это соответствует действительности. Если говорю, что это овощи, выращенные методами органического земледелия, то это так. И пусть меня в этом кто-то разубедит - я соответствую регламентам органического земледелия, европейским, в первую очередь, потому как прохожу конверсионный период и не могу похвастаться тем, что конверсионный период у меня будет сокращен, по причине того, что земли эти мне даются в аренду от государства на 49 лет. Соответственно, документы на эту землю получить крайне сложно: процесс межевания, постановки на кадастр – очень длительный процесс.

 

- Это были залежные земли?

 

- Да, там лес рос. Мне пришлось раскорчевать пролески, на полях, обработать их… Только ухаживая за землей, в процессе сельхозоборота можно добиться какого-то качества обрабатывания земли – сделать землю мягкой, плодородной, поддатливой…

 

- Я понимаю, как ухаживать за девушкой, но я не понимаю, как ухаживать за землей. Что конкретно с ней нужно делать?

 

- Это немножко разные вещи, хотя очень похожие (смеется – прим. ред.) Нужно любить, и то, и другое.. Земля… Представьте себе дикий луг… или поляну, заросшую мелким лесом… это все убирается, после этого я применяю дисковые бороны - это поверхностная обработка земли. То есть, я верхний слой перебиваю, перемешиваю, и получается дерн.

 

- С помощью техники?

 

- Обязательно! Без техники победить гектары невозможно. Когда я пришел заниматься сельским хозяйством, у меня была тяпка. И больше ничего. И вот, с одной тяпкой, сейчас я уже раскачался до какой-то механизации: два трактора, лесное оборудование (навесная техника к тракторам - прим. ред.)… Механизация – единственный возможный вариант уменьшения себестоимости и вообще освоения каких-то площадей, потому что можно заниматься мульчированием, можно использовать гряды, или еще чего, но это будет выглядеть как огород для себя или как ландшафтный дизайн.

 

Когда я пришел заниматься сельским хозяйством, у меня была тяпка. И больше ничего. И вот, с одной тяпкой, сейчас я уже раскачался до какой-то механизации: два трактора, лесное оборудование… 

 

- За этот год, что прошел на новой земле, что вы успели посадить и какой урожай - собрать?

 

- В этом году я сделал ставку на бахчевые: арбузы, дыни, тыквы – порядка шести гектаров полноценно засеял. Уродили арбузы, уродили тыквы, дыни – зайцы съели..

 

- Зайцы съели дыни, а арбузы они оставили?

 

- Да, оказалось, что в том месте, где я сейчас обосновался, главная беда - зайцы.  Арбузы они тоже грызть начали, особенно сорт «Мурашка», вот эти, белые (Иван угощает меня арбузом – изумительно нежного сахарного вкуса – прим. Т.Л.) Заяц подбегает и начинает сверху вот этой слой зеленый сгрызать. Остается белое пятно и следы зубов… Они это делают ночью, отследить их невозможно. Даже со включенным светом – зайцы не боятся, приходят и едят. Отпугивали громкой музыкой – все равно приходят и едят. Они, видимо, привыкли и думают, что это для них посадили.

 

- Так что же делать с зайцами?

 

- Ну, во-первых, мы не одни на этом празднике жизни, и зайцам тоже нужно что-то есть. Я думаю минимизировать как-то ущерб, перенести участки  - дыни сажать ближе к тому месту, где у меня стан, где есть собаки, охрана... Зайцы боятся звуков, присутствия людей или собак. Допустим, у меня капуста там была посажена – зайцы ее не ели.

 

- По идее должен быть какой-то электрический забор?

 

- Да, что-то надо придумать, я их еще до конца не победил. Как справлюсь с зайцами, я вам, расскажу… Так вот, получается такая штука: 6 гектаров – это бахчевые, и еще 5, наверное, –  овощные. Из овощей: огурцы, помидоры нескольких сортов, перец сладкий, перец острый, баклажаны, лук, чеснок…

 

 

Я любуюсь белым луком, выложенным в корзинке на Празднике урожая «ЛавкаЛавка», где мы беседуем с Иваном. Иван в это время бережно собирает семечки от съеденного нами вкуснейшего арбуза сорта «Мурашка».  Я поднимаю бровь – фермер объясняет, что семена «Мурашки» - большая редкость: они к нему попали случайно – сейчас этого сорта уже нет. Иван сажает только сортовые культуры – гибриды ему не нравятся, потому как гибриды семян не дают и вообще это не те культуры, которые подходят для наших земель. Действительно, арбуза, подобного «Мурашке», я не едала с детства. Да что там я, Иван говорит, что на недавней кубанской ярмарке его «Мурашка» вызвала ажиотаж – старики глаза закатывали от нахлынувших со вкусом арбуза воспоминаний.

 

 

- Вы органические семена покупаете?

 

- В нашей стране никто не занимается органическим семеноводством – это первое. Второе, если завозить их из Европы, это в 5 раз дороже, чем обыкновенные семена. Я консультировался с итальянцами ( ICEA – орган, сертифицирующий органическое земледелие) можно ли использовать местные семена, и они дали авторизацию, но с условием того, что семена не будут обработаны химическими веществами, протравлены (как правило, в традиционном земледелии перед посадкой семена протравливают ядохимикатами для стойкости к вредителям).

 

- Вы – один из первых российских фермеров, прошедших органическую сертификацию еще в 2010 году. Почему вы выбрали европейскую сертификацию? 

 

- Мой первый заказчик предъявлял определенные требования к продукту. Ему для поставки, в частности, в розничные сети, нужны были экологически чистые, органические овощи, выращенные без применения химикатов и удобрений, ну и плюс ко всему, сертифицированные по европейскому стандарту органик. Поэтому пришлось выбирать между европейскими сертифицирующими компаниями – я выбрал питерский Экологический союз – они представляли ICEA в России.

 

- Вот, кстати, известный российский специалист по органической сертификации  Андрей Ходус возмущен тем, российские розничные сети требуют от российских же фермеров органических продуктов с зарубежными органик-сертификатами. Не странно ли это?

 

- Мне кажется, ничего странного здесь нет. Тут надо сразу напомнить, что в нашей стране до сих пор отсутствует законодательная база на этот счет. Соответственно, мы вне правового поля. В то время, как сертификат, который в ЕС принят, соответствует регламентам, он подтверждает соответствие продукта определенным критериям, уже существующим много лет. И с точки зрения продвижения продукта, маркетинга, недоверия конечного потребителя, наверное, в итоге европейская сертификация – это некий знак качества. Если мы сертифицируемся за рубежом, если мы выполняем эти требования, если к нам приезжают иностранные граждане-инспектора и проверяют нас на соответствие стандарту возникает прецедент органик-продукта. Но, конечно, если бы заказчики и клиенты с меньшей симпатией относились бы к европейским веяниям, то, вероятнее всего, я бы задумался дважды о том, платить итальянцам за сертификацию или нет.

 

 

Мимо нас проходят покупатели, которых периодически возмущают ценники на овощи Ивана Новичихина: «Вот почему у вас тыква 70 рублей стоит? Я бывал на Кубани – там по семь рублей», - кипятится один прохожий. Иван невозмутимо направляет его в «Ашан», что находится по соседству. За пять лет органического земледелия он а) научился считать свою себестоимость, что вообще – большая проблема для фермеров и б) перестал оправдываться – он хорошо знает цену своим овощам. И его постоянные покупатели тоже знают. Некоторые приезжают постоянно, к примеру, есть постоянные покупатели из местного Минсельхоза, где к Ивану с его органикой отношение неоднозначное.

 

... с точки зрения продвижения продукта, маркетинга, недоверия конечного потребителя, наверное, европейская сертификация – это некий знак качества. Если мы сертифицируемся за рубежом, если мы выполняем эти требования, если к нам приезжают иностранные граждане-инспектора и проверяют нас на соответствие стандарту, возникает прецедент органик-продукта.

 

-       Вот - болгарский перец, у меня он не такой красивый как в «Ашане».  Для того, чтобы в октябре месяце иметь перец большой массы, нужно, во-первых, выращивать его в закрытом грунте и там подогревать, держать температуру. Второе - его необходимо кормить. Это культура максимально отзывчива на внесение каких-либо питательных веществ, в том числе и химических удобрений. Не всегда в классическом земледелии фермеры применяют селитру или амафоску, это не повсеместно, люди могут использовать и обыкновенный навоз - куриный, коровий, ну какие  рядом фермерские хозяйства стоят, ну и стимуляторы роста.

 

У меня жизненные примеры перед глазами - я нанимал людей для охраны своих участков – это обычно свои же местные мужики. Работа малооплачиваемая, получают в месяц 10 тысяч рублей, они поголовно занимаются собственными подворьями или фермерскими хозяйствами... Вот он приходит, мы с ним притираемся,  он охраняет мои поля, сочувствует мне, моему безумию, с его слов.. и они меня все стараются учить: вот смотри, это надо сейчас развести, этим побрызгать - и у тебя будет перца этого столько! То есть, граждане рассказывают, делятся свои опытом, чем там они опрыскивают, сколько куда подсыпают, чтобы товарность была самой высокой, и соответственно, добиваются какой-то средней оптовой цены на рынке.

 

- Вы упомянули стимуляторы роста – что это?

 

- Менее страшное – это вытяжка из торфа, но их много, вплоть до сильных гормональных препаратов. Это очень эффективно. Эта вещь, которая заставляет растение очень бодро себя проявлять. Если мой перец – сантиметров до 30, у граждан рядом до 1,5 метров куст перца дорастает.

Если вы хотите страшилку, то есть препараты системного действия - их довольно много, например, Би-58 - сверхэффективный препарат, но он не единственный, этот список из 1000 наименований! Би-58  уничтожает все живое, в прямом смысле этого слова. Когда поля им обрабатывают, там не остается ни хищных насекомых, ни вредных насекомых, вообще никаких! Комплексно покрывают, растение им пропитывают, вещество попадает сначала в лист, потом в стебель, корень и в плоды, то есть растение насыщается этим Би-58 и становится ядовитым насквозь, временно, в течение определенного периода. Но уже доказано, что Би-58 остается в плодах до конца вегетации, хотя постепенно его эффективность снижается, падает. Главное – он повсеместно применим. У меня есть знакомый фермер, так он картофель поливают водой с Би-58, не прыскает сверху, а поливает ядом - колорадские жуки дохнут, все вокруг дохнет… Мне довелось сталкиваться с ситуацией, когда эти Би-58 находили в почве через год-2-3 после опрыскивания!

 

- А люди живут… Вы раньше говорили, что есть такие фермеры, которые на продажу поливают, а для себя, так сказать, имеют уголочек..

 

- Это распространенное явление! Для себя уголочек, а чтобы деньги зарабатывать, выращивают как положено, с применением разных стимуляторов, удобрений, и так далее, вплоть до ГМО, потому что люди выхода не видят.

 

- Насколько безысходна эта фермерская жизнь у вас, на Кубани?

 

- Безысходность присутствует. Причины - диспаритет цены. Цена современного продукта не соответствует его себестоимости, она ниже, чем должна быть..

 

- Кто диктует фермерам дешевую цену?

 

- Импорт. Например, египетский ранний картофель. Раньше фермеры на Кубани зарабатывали за счет раннего картофеля. А теперь привозят египетский картофель, который оптом стоит в 2 раза меньше, чем местный (30 р. против наших 60р.) Редис ранний в пучках очень востребован. В Израиле это прочухали и начали завозить редиску тех же сортов и продают по 5 руб за пучок, а у нас раньше он стоил 50 р.

 

Кроме импорта давлеет сложившееся представление о цене – еда должна стоить дешево. Плюс продукты вываливаются на оптовый рынок без регламентации, никто это не контролирует. В этом году, например, у нас арбузы стоили дорого – их было мало, а в следующем, наверняка, все арбузы посадят – и цена резко упадет.

 

Кроме импорта давлеет сложившееся представление о цене – еда должна стоить дешево.

 

- То есть нет государственного регулирования?

 

- Скорее, кооперативного. В развитых странах регулируют насаждения - не дают всем одновременно посадить, например, кабачки, занимаются распределением ассортимента между собой. А у нас это никто не регулирует.

 

- Есть мнение, что те, кто начал заниматься органической сертифицированной продукцией, они хотят заработать. Вам удалось?

 

- Мне еще не удалось. Когда я начал заниматься выращиванием продуктов, мне хотелось какой-то справедливости что ли, но в итоге оказалось, что сельское хозяйство – это риск во многом и отсутствие какого-то гарантированного заработка. Вечно находишься в подвешенном состоянии. Сезонность длительная. Мы получаем деньги, по сути дела, один раз в год, выращивая какой-то продукт, это надо растягивать, экономить, надо деньги все время вкладывать. Вот я сегодня продал урожай ранних помидор, и тут же должен эти деньги потратить, чтобы посадить чеснок…

 

- Можно сказать, что вы как раб этого своего хозяйства?

 

- Я на это смотрю по-другому. Мне нравится заниматься тем, чем я занимаюсь, и говорить о каком-то рабстве не приходится.

 

- Вы видите  свою перспективу и перспективу для органики в России в целом?

 

- Вижу перспективу, конечно. Органика - это одно из приоритетных направлений развития фермерства как такового. Органика – это справедливость. Здесь есть понятие особенностей продукта, понятие его качества. Люди начинают об этом размышлять – не только потреблять, но и мыслить. В этом и есть будущее, оно не в оголтелой гонке за урожайностью, миллионами тон, низкой ценой... Органическое земледелия для меня – мечта, которая уже реализуется. Вот на ярмарке – это здорово, когда люди подходят и говорят: это же то самое, съедобное, как в детстве!

 

 Органика – это справедливость... Люди начинают об этом размышлять – не только потреблять, но и мыслить. В этом и есть будущее, оно не в оголтелой гонке за урожайностью, миллионами тон, низкой ценой... Органическое земледелия для меня – мечта, которая уже реализуется. 

 

Еще в органике нет какого-то тупикового пути. В ней нет конца. Если я занимаюсь органическим земледелием, то земля потом будет пригодна и через много лет после меня – это и есть будущее.